Ирак: нефтегазовая панорама

Группа экспертов


Ирак является членом Лиги арабских государств, Организации стран — экспоpтеpов нефти (ОПЕК). Основу экономики страны составляет нефтедобывающая отрасль, обеспечивающая сырьем свыше 90% промышленного производства, а также большую часть валютных поступлений.
Запасы и добыча. Добыча нефти в промышленных масштабах в Ираке производится с 1934 года. Рекордный уровень добычи нефти — 171 млн. тонн — был достигнут в 1979 году. Особенностью разработки месторождений в Ираке являются большие дебиты нефти, часто до 2-4 тыс. тонн в сутки, а на месторождении Киpкук отмечены рекордные дебиты — до 14,2 тыс. тонн в сутки, самые высокие в мире.
Иракские власти не склонны соглашаться с международными оценками своих резервов. Запасы нефти Ирака, заявил в апреле 2007 г. министр нефти Ирака Ху-сейн аш-Шахрастани, составляют более 300 млрд. баррелей, что делает его первой страной в мире по этому показателю (министр не указал, правда, идет ли речь о потенциальных или же разведанных запасах нефти). По прогнозам, помимо разведанных запасов нефти (115 млрд. баррелей), в Ираке имеется еще 200 млрд. баррелей неразведанных запасов.
С началом иpано-иpакского конфликта в 1979 г. и последовавшим за этим закрытием всех экспортных терминалов Ирак был вынужден сократить объем добычи до 45 млн. т в год. Лишь концу 1988 г. уровень добычи в стране поднялся до 128 млн. т, а в 1989 г. достиг второго рекордного уровня — 141 млн. т. К началу 1990 г. в разработке находились 20 месторождений, на которых действовали 378 нефтяных, в основном фонтанирующих скважин.
Очередное сокращение добычи нефти в Ираке было связано с военными действиями против Кувейта и последовавшими вслед за этим санкциями ООН, введенными в августе 1990 г. В результате эмбарго из-за недостаточного снабжения оборудованием по существу прекратились работы на большей части месторождений Ирака. Эмбарго также препятствовало ремонту повреждений, которые были нанесены во время войны, на южных месторождениях. В 2000 г. в стране было добыто около 133 млн. т нефти, накопленная добыча на начало 2001 составила 3,2 млрд. т нефти.
До иpакско-кувейтской войны Ирак входил в число ведущих экспортеров нефти на Ближнем и Среднем Востоке. В 1989 г. из страны было экспортировано 125 млн. т жидкого топлива. Вообще же технические возможности Ирака по экспорту нефти оцениваются не менее чем в 200 млн. т в год. По словам уже упоминавшегося министра нефти Ирака Хусейна аш-Шахрастани, страна может ежедневно продавать на внешнем рынке 1,9 млн. баррелей нефти. Однако внутренняя нестабильность, прежде всего диверсии на объектах нефтяной инфраструктуры, удерживают объем экспорта на уровне 1,6 млн. баррелей нефти в день.
Что касается более долгосрочных перспектив, то лондонский Центр глобальных энергетических исследований, в котором работают несколько высокопоставленных иракских экспертов, предложил два сценария развития нефтедобычи в Ираке. Основное их различие в том, насколько быстро начнут разрабатываться новые, до сих пор не используемые месторождения на юге и западе страны. Однако даже пессимистический прогноз предсказывает через десять лет увеличение нефтедобычи до 6 млн. баррелей в сутки (согласно оптимистическому прогнозу центра, Ирак будет добывать даже 9 млн. баррелей в сутки).
Так как потребление самого Ирака составляет около 500 тыс. бар. в сутки, это означает, что в долгосрочной перспективе немалое количество иракской нефти окажется на рынке. Таким образом, доля Ирака вырастет с довоенных 3% до 6-9,5% мирового рынка нефти.
Сейчас в Ираке 27 активных, производящих нефть месторождений и примерно столько же не производящих, но находящихся недалеко от действующих. Одно из основных условий, прописанных в иракском законопроекте о нефти и газе, заключается в том, что компании, работающие с иракскими месторождениями нефти, обязаны облагородить тот район, в котором располагается источник. Это касается и социальной сферы, и окружающей среды. Тендер выиграет та компания, которая предложит лучшие условия для Ирака. Контролировать процессы добычи и переработки нефти и газа будет государство. Работая на месторождениях страны, иностранные компании обязаны использовать только самые современные технологии и обеспечивать огромную финансовую отдачу Ираку.
Однако провести законопроект через парламент пока не удается из-за труднопреодолимых разногласий между суннитами, шиитами и курдами. Готовящийся к принятию законопроект  делит все нефтяные месторождения страны на разведанные и уже работающие. Последние будут отданы Национальной нефтяной компании INOC (27 месторождений, в том числе «Западная Курна-2″), которая будет вольна привлекать другие компании в качестве партнеров, исходя из «коммерческой эффективности проектов».
По мнению наблюдателей, задержки с принятием закона вызваны в первую очередь  лоббистскими усилиями представителей администрации США. Законопроект в редакции, которая проталкивается американцами, фактически передаст три четверти нефтяных месторождений от иракского правительства в руки крупных западных компаний на выгодных для них условиях. Они будут свободны от каких-либо обязательств касательно партнерства с иракскими фирмами, найма иракских рабочих, вложений прибыли в иракскую экономику. По свидетельству западных СМИ, крупнейшие иракские месторождения нефти будут передаваться ведущим западным частным нефтедобывающим компаниям на 32 года в полное и эксклюзивное управление. Поэтому предполагается, что в соответствии с законопроектом содержание контрактов будет засекречено.
Лидеры Курдской демократической партии, контролирующей северные территории Ирака, предложили региональному парламенту иракского Курдистана рассмотреть разработанный ими проект по управлению нефтяными и газовыми месторождениями на севере страны. Проект предполагает создание собственного министерства природных ресурсов и ограничение влияния центрального правительства Ирака на добычу и продажу углеводородов Курдистана.
Уже сейчас курды ведут добычу нефти без консультаций с временным правительством Ирака. Создание курдского министерства может усилить тенденции к дестабилизации ситуации и распаду страны, так как это только усилит децентрализацию иракского государства. Тем не менее, курдское правительство постепенно заключает контракты с иностранными компаниями на разведку и добычу нефти на северных территориях Ирака, не согласовывая свое решение с Багдадом.
Запасы газа. Газовые месторождения в стране никогда не разрабатывались, добывается только попутный газ. Поэтому вслед за добычей нефти добыча газа достигла рекордно высокого уровня — 20 млрд. м3 — в 1979 году, сократилась в 1981-м до 5 млрд. м3 и вновь возросла в 1988 году — до 14 млрд. кубов. Перед войной с Кувейтом добыча газа составляла около 15 млрд. м3 в год. В 2000 году в стране добыто чуть более 12 млрд. кубов. Из общей добычи газа утилизируется не более 65-66%. Остальной газ, что составляет 4-5 млрд. м3 в год, сжигается в факелах.
Инфраструктура. Ирак обладает восемью нефтеперерабатывающими заводами общей производительностью около 17 млн. т в год. Наиболее крупные НПЗ расположены в гг. Бейджи (7,5 млн. т), Дауpа (5 млн. т) и Басpа (3,5 млн. т). В городах Киpкук и Бейджи имеются два предприятия по переработке попутного газа, где из него выделяются бутан и пропан, а также стабильный газовый бензин.
К 1990 г. проблема вывоза нефти на мировой рынок в Ираке была практически решена. Пять магистральных нефтепроводов общей протяженностью около 6 тыс. км могли транспортировать более 250 млн. т в год. К 2003 г. транспортные мощности едва достигали четверти этого уровня. В значительном ремонте нуждается система стратегических нефтепроводов, соединяющих г. Хадита на севере с месторождением Румайла на юге, по которым может перемещаться нефть в количестве 50 млн. т в год от северных месторождений на юг и 45 млн. т от южных месторождений на север. Использование нефтепровода, пролегающего от южных месторождений Ирака через территорию Саудовской Аравии до порта Янбо на Красном море (пропускная способность 80 млн. т в год), требует согласия Эль-Рияда. Два нефтепровода, проходящих через территорию Сирии и Ливана, не работают с апреля 1982 г.
Наиболее вероятный путь для экспорта иракской нефти в количестве 60 млн. т в год — это нефтепровод через Турцию до порта Деpтойл на Средиземном море. Кроме того, в таком же объеме, 60 млн. т в год, Ирак может осуществлять экспорт нефти через Персидский залив, где располагает тремя портами — Фао, Хоp-эль-Амая и Мина-эль-Бакp.
В течение почти 50 лет, вплоть до 1972 года, вся добыча нефти в Ираке была сосредоточена в руках Iraq Petroleum Company (IPC) — группы, в которую объединились иностранные компании, включая British Petroleum, Royal Dutch/ Shell, объединение американских компаний Near East Development Corp., французскую Compagnie Francaise des Petroles (CFP), а также Partex — наследника английского предпринимателя Гульбенкяна, содействовавшего созданию IPC. Условия концессий состояли практически в монопольном праве иностранных компаний на владение ресурсами нефти и газа. Ими же решались вопросы найма и эксплуатации рабочей силы, определялся уровень добычи нефти, объем, направления и условия ее экспорта, включая цены.
После революции 1958 г. иракское правительство потребовало у IPC вернуть неэксплуатируемые территории. В 1961 г. под контроль государства перешли все не разрабатывавшиеся участки, площадь которых составляла около 99,5% концессионных территорий. Эта акция иракского правительства явилась первым шагом в политике, направленной на национализацию нефтяных ресурсов страны. В феврале 1964 г. была создана Iraq National Oil Company, получившая с августа 1967 г. исключительное право на проведение геологоразведочных работ и добычу нефти на территории страны, а также право выхода на внешний рынок.
С 1969 года вплоть до начала «войны в пустыне» в разные годы в Ираке в рамках технического сотрудничества осуществляли работы специалисты из СССР. На основании советско-иpакского соглашения Ираку оказывалось содействие в строительстве и проведении работ по ряду объектов нефтяной промышленности. Результатами выполнения соглашений явилось обустройство нефтепромысла Северная Румайла и строительство нефтепровода от этого месторождения до порта Фао в Персидском заливе. Кроме того, Министерство нефтяной промышленности СССР выполняло работы по следующим направлениям: обустройство нефтепромыслов и эксплуатация месторождений Западная Куpна, Лухейс, Нахp Умp; сейсмические работы и поисково-pазведочное бурение на ряде площадей; исследования по изучению геологического строения, оценка перспектив нефтегазоносности Ирака, подсчет запасов нефти и газа; разработка программ комплексного развития нефте-добывающей и газовой промышленности Ирака на перспективу. По данным центра общественных связей Минпромэнерго России, этой компанией до войны 2003 г. были подписаны или подготовлены к подписанию с Министерством нефти Ирака ряд контрактов на реализацию крупных проектов в области нефти и газа.
Содействие в проведении геологоразведочных и буровых работ на нефть в различных районах Ирака оказывали также специалисты Венгрии, Болгарии, Чехословакии, Румынии.
После окончания военных действий в марте 1991 г. Ирак, находящийся в связи с санкциями ООН в тисках политических и финансовых трудностей, предпринимает усилия по привлечению в нефтяной сектор иностранных инвесторов, предлагая более выгодные условия, чем те, которые существовали прежде. В этот период был подписан контракт на освоение и разработку второй очереди месторождения Западная Курна с российским консорциумом, возглавляемым «ЛУКОЙЛом». Кроме того, в это время  лишь российским, китайским и французским компаниям была предоставлена возможность заключить контракты напрямую.
Помимо ЛУКОЙЛа, имевшего в проекте «Курна-2″ контрольный пакет акций, в нем участвовали российские компании Зарубежнефть и Машиноимпорт, а также иракская сторона (25%). Требуемые инвестиции в разработку оценивались в $4 млрд. Доказанные извлекаемые запасы месторождения составляют около 6 млрд. баррелей нефти. При планируемом уровне добычи в 1 млн. баррелей в день (т.е. около 50 млн. тонн в год) нефти хватило бы на 16 — 17 лет.
Перед самой войной Саддам Хусейн, стремясь заручиться активной поддержкой Москвы в противостоянии англо-американской коалиции, фактически стал шантажировать российскую сторону угрозой расторжения контракта. В конце 2002 года он таки заявил о расторжении контракта, хотя по условиям правительство Ирака юридически не могло это сделать в одностороннем порядке: в договоре имелся пункт о том, что расторгнуть контракт можно только в Международном арбитражном суде в Женеве. Однако спорить тогда было бесполезно, и работы на месторождении «Курна-2″ были заморожены.
После свержение режима Хусейна российские компании при дипломатической поддержке государства неоднократно пытались договориться с американцами и представителями новой власти в Ираке. Поначалу новое иракское руководство давало понять, что намерено рекомендовать правительственным структурам и парламенту изучить возможность возобновления контракта на разработку месторождения «Западная Курна-2″ именно с ЛУКОЙЛом — как компанией, обладающей высокой технической квалификацией и большими финансовыми возможностями, а также уникальными данными геологоразведки.
Со своей стороны, ЛУКОЙЛ много делает для установления конструктивных отношений сотрудничества с иракскими властями. Иракские чиновники неоднократно высказывали благодарность этой российской компании за помощь в подготовке иракских специалистов-нефтяников, за поставки в Ирак гуманитарной помощи (только в 2006-2007 годах потрачено $20 млн. на обучение иракских специалистов на российских нефтяных месторождениях, учебу 100 человек в российских университетах, а также поставку оборудования для иракской нефтяной промышленности).
По оценкам экспертов, ЛУКОЙЛ действительно смог бы вести разработки на месторождении «Западная Курна-2″ в два-три раза быстрее, чем любая другая иностранная компания, обеспечив уровень добычи до 1 млн. баррелей в день.
Однако ЛУКОЙЛу не помогло даже то, что объявил о вхождении в проект «Курна-2″ своего стратегического партнера из США — ConocoPhillips. В 2005 г. ConocoPhillips и ЛУКОЙЛ заключили соглашение, в соответствии с которым американцы приобретут до 20% акций компании (уже купили), а также долю в 17,5 процента в консорциуме, разрабатывающем «Западную Курну-2″.
Некоторые надежды на благоприятное для российско-американского альянса развитие ситуации по «Западной Курне-2″ связывались с заинтересованностью  Багдада в списании Россией иракских долгов на общую сумму почти в $12,9 млрд., которые образовались в основном за счет поставок вооружения правительству Саддама Хусейна в советские времена. В ходе визита в Москву главы МИДа Ирака Хошияра Зибари 11 февраля 2008 г. было подписано соглашение о списании 93 % иракского долга. Напомним, что в 2004 г. Россия заявила о готовности списать до 90% долгов в соответствии с решением Парижского клуба, однако увязывала это решение с возвращением в Ирак российских энергетических компаний. Прежде всего, речь шла о возобновлении контракта ЛУКОЙЛа на разработку месторождения «Западная Курна-2″. Однако даже списание астрономической суммы не помогло. Через несколько дней после подписания соглашения министр нефти Ирака Хусейн Аш-Шахристани (Hussain Shahristani) заявил об окончательном расторжении контракта на работы по проекту «Западная Курна-2″ с компанией ЛУКОЙЛ. Новый тендер, на основании которого будет определен оператор проекта, будет проведен в текущем году.
Впрочем, российская сторона считает прежний контракт сохраняющим законную силу, поэтому будет пытаться отстаивать его при помощи политических методов на уровне правительства РФ. Однако, из-за непонятной щедрости российского Минфина (внезапное списание 93% иракского долга), переговорные позиции России существенно ослабли.
По нашим оценкам, прекращение действующих контрактов в Ираке обернется для России прямым убытком на сумму свыше $2 млрд., а к середине второго десятилетия ХХI века сумма упущенной выгоды по ряду контрактов, заключенных с Ираком российскими компаниями, может по прогнозам госкомпании «Роснефть», достичь $35 млрд.
США, вложив огромные деньги в Ирак — введя туда свои войска, безусловно будут рассчитывать на проекты и будут добиваться своего. Но если российские компании возьмут на себя долю 10-20%, то вряд ли за этим последует какая-то сверхотрицательная реакция. Америке как никогда — так же, как и самому Ираку, — нужна стабильность. А раз так, то вхождение в иракские проекты российских компаний может найти понимание и в США.
Иракцы видят, что Россия поднимается. Они знают, какие проекты раньше Россия осуществляла в эпоху СССР, и потому у них более оптимистичный взгляд на возможности русских, их умение держать свое слово. Кроме того, они понимают, что Россия — большой игрок мирового рынка. Да, конечно, Ираку нужен новаый технологический уровень в становой основе экономики — нефтяной промышленности, но в первую очередь им нужно, чтобы эти работы были начаты уже сейчас. И уже не важно, что для гладкой работы экономики на новых основах далеко не все законы в Ираке еще приняты.
Данная ситуация показывает, сколь контрпродуктивно и опасно анализировать происходящее в Ираке через призму устоявшихся иллюзий и стереотипов. Например, не стоит упрощенно расценивать политику иракского правительства в нефтяной сфере как стопроцентно проамериканскую. Действуя в условиях фактической военной оккупации страны, центральные власти в Багдаде пытаются проводить в хозяйственной сфере курс, учитывающий наличие в мире и других геоэкономических центров. Ожидается, что первые новые контракты по добыче нефти, хотя и небольшие, будут заключены иракцами не с западным бизнесом, а с компаниями из Китая, Индии, Вьетнама и Индонезии. Преимущества азиатских компаний перед американскими и английскими заключаются в том, что их страны не принимали участия в военном конфликте в Ираке, в связи с чем отношение к ним иракского населения более позитивное. По некоторым прогнозам, индийцы получат контракты на месторождения вдоль границы с Кувейтом, индонезийцы — в Западной пустыне, китайцы — в центральной и южной части Ирака, а вьетнамские компании — на юге.
Китайская нефтяная компания CNPC сумела возобновить свой контракт, подписанный еще при Саддаме Хусейне. Правда, полученное китайцами месторождение аль-Ахдаб небольшое. Объем добычи на нем не превысит 90 тыс. бар. в сутки (порядка 4,5 млн. т нефти в год). Кстати,  летом 2007 г. в Пекине побывал еще до поездки в Москву Хусейн аш-Шахристани. Иракский министр заявил, что Багдад будет приветствовать участие Китая в торгах за право подписания следующих контрактов.  Эксперты считают, что успех Пекина объясняется его умелой дипломатией и готовностью списать значительную часть иракского долга. Известно, что Багдад хотел бы добиться списания $8 млрд., на что Пекин, обладающий огромными золотовалютными запасами, может пойти (хотя пример ЛУКОЙЛа, скорее всего, побудит китайцев проявить в этом вопросе сдержанность).
Крупные западные компании вроде Шеврон, Эксон Мобил, Бритиш петролеум и Шелл пока не торопятся приступать к разработкам месторождений в Ираке, ожидая улучшения ситуации в сфере безопасности. В частности, как довольно непредсказуемая оценивается ситуация в районе близ южного порта Басра, где доминируют шииты (там находится и «Западная Курна»).
Однако это не значит, что западные мейджоры не заинтересованы в реализации крупных нефтяных проектов в Ираке, где затраты на добычу одного барреля «черного золота» — всего несколько долларов при цене на мировом рынке свыше $70. Да и сами иракцы заинтересованы в присутствии нефтяных гигантов Запада, чьи большие технические возможности хорошо известны. Поэтому именно западные энергетические концерны при поддержке официального Вашингтона, скорее всего, окажутся победителями в конкурсе на участие в крупнейших проектах, который намечен на второе полугодие 2008 года.
В Ирак американцы и их союзники пришли в том числе ради установления контроля над нефтяными месторождениями. Ситуация с обеспечением мировой экономики энергоресурсами становится все более напряженной, к тому же распоряжение «иракским резервом» позволяет Вашингтону влиять на баланс спроса и предложения нефти на мировом рынке.
По мнению министра Х. Ал-Шахристани, несмотря на всю заинтересованность США в продвижении закона о нефти и газе, вряд ли оно будет одобрено парламентом в обозримом будущем. Поэтому правительство Ирака намерено начать реализацию собственного 5-летнего плана по поднятию объемов добычи нефти с текущих 2,5 млн. баррелей в день до 6 млн. баррелей.
Министр нефти Ирака сообщил также, что основные международные нефтяные компании уже регистрируются, чтобы пройти квалификацию на участие в основном конкурсе. Уже в 2009 году данный процесс завершится началом работ по разработке новых месторождений по всей стране.
Вряд ли можно предположить, что нефтяные ТНК сразу пойдут на масштабные финансовые вливания без прояснения ситуации в области законодательства, а так-же улучшения в области безопасности. Глава Royal Dutch Shell Йерун Ван дер Веер (Jeroen van der Veer) подтвердил заинтересованность компании в иракских проектах, но также выразил и озабоченность законодательной неопределенностью: «Мы хотели бы знать правила игры».
Пока же западные нефтяные компании склонны в большей степени оказывать техническую поддержку существующим проектам. В 2008 году они планируют поднять объемы добычи на ряде месторождений на 500 тыс. баррелей в день. При этом участие в данных проектах не требует развертывание значительного персонала, а лишь предусматривают техническое и управленческое содействие. В настоящее время в Ираке присутствуют такие лидеры мировой нефтедобывающей отрасли, как Royal Dutch Shell и BP PLC, а также американские гиганты Exxon Mobil и Chevron. Кроме того, в Ираке работает французская нефтегазовая компания Total.
В свое время бизнес в Ираке вели более 300 российских нефтегазовых компаний. Российские компании обладали правами на реализацию примерно 40% иракской нефти, продаваемой за рубеж, и контролировали примерно 70 (из 112) млрд. баррелей иракской нефти. В результате американского вторжения в Ирак российские компании полностью или в значительной мере свой бизнес в этой стране потеряли. Для нас это остается проблемой, ждущей своего решения.
Присутствие американцев и крайне неспокойная ситуация в стране заставляют крупные компании выжидать. Возникает возможность «столбить» места с точки зрения участия в тендерах. Безусловно, юг страны более перспективен с точки зрения вывоза нефти. Однако не стоит сегодня игнорировать возможности северных регионов, в том числе Иракского Курдистана.
Российские компании начинают постепенно осваивать эти территории, хотя в последние месяцы спокойная обстановка там была нарушена военными действиями Турции. В Иракском Курдистане начала работать структура «Альфа-Групп», которая заключила соглашение о разделе продукции, в рамках которого она будет разрабатывать четыре блока месторождения «Хаулер» неподалеку от Эрбиля (столицы Иракского Курдистана). В ноябре 2007 г. в Эрбиле открылось консульство РФ.
В сфере нефти основные перспективы для российских компаний сегодня связа-ны с разведкой (ГГР) и строительством/восстановлением/обслуживанием транспортной инфраструктуры, в том числе портовых терминалов, созданием инфраструктуры нефтяных месторождений. Это не означает отказа от выхода на добычу, однако сейчас требуется кооперация с американскими компаниями. Возможно возрождение принципа «двойной лицензии», как во времена Саддама.
Имеющиеся мощности по переработке нефти достаточно незначительны по сравнению с возможностями добычи, и пока используются недостаточно интенсивно. В том числе в силу износа, разрушений, перебоев с сырьем. В то же время, спрос на нефтепродукты имеется. Возможно участие в восстановлении и развитии нефтепереработки, вплоть до вхождения в уставной капитал НПЗ. Сегодня, когда нефтепроводы под постоянным ударом иракских партизан, стоит присмотреться к развитию переработки в местах добычи, например, на основе мобильных установок или НПЗ малой мощности. Подобный опыт у наших нефтяников есть.
Имеется и перспективный потребитель нефти, которую будут добывать в Ираке российские компании. Это Индия. В советский период именно туда поставлялась нефть, получаемая советскими организациями в Ираке. Сейчас индийские представители активно обсуждают эту тему. Таким образом, через Ирак существует нетривиальный вход на индийский рынок, в том числе в «downstream», интересный с точки зрения перспектив развития Индии.
Ирак нуждается в развитии газовой отрасли как самостоятельной сферы ТЭК. Возможно участие в восстановлении системы сбора и переработки попутного нефтяного газа. Кроме того, серьезные газовые запасы (при нынешнем уровне цен) возможно включать в разработку. Ирак расположен в сфере первостепенных интересов Газпрома, но по политическим мотивам в этой крупнейшей компании выжидают. Появление конкурента на рынке газа, который может поставляться в Европу, само по себе Газпрому не нужно. Однако при наличии серьезных перспектив развития полноценной газовой промышленности в Ираке Газпром предпочтет максимальное участие.
Стоит присмотреться к химической и нефтехимической промышленности Ирака: наличие перспективных запасов сырья (попутный и сухой газ, нефть), отсутствие жестких экологических требований, удобное географическое расположение, серьезный внутренний рынок, в том числе удобрений.
Любые экономические контакты необходимо сопровождать  PR-мероприятиями внутри Ирака. Создание дружественного имиджа России как страны полезной для восстановления Ирака, к тому же всегда выступавшей против агрессии, должно стать одним из элементов системы обеспечения безопасности российских проектов в Ираке.
Отнюдь не предваряя возможной повестки дня в намечающемся американо-российском диалоге  по Ираку, отметим лишь некоторые вопросы, которые представляют интерес для российской стороны:
- В Ираке Россия заинтересована в том, чтобы вернуть свои нефтяные концессии, полученные в период до американского вторжения 2003 г.
- Представляется перспективным участие российских компаний  в восстановлении в Ираке  нефтепроводов и строительстве новых. Вообще  развитие транспортной инфраструктуры (не только трубопроводной, но и железнодорожной) для Ирака очень актуально. Развитая транспортная инфраструктура укрепляет целостность страны, одновременно облегчая контроль над территорией. За последние годы американцы должны были это хорошо почувствовать. Здесь возможна постановка вопроса о получении российскими компаниями  соответствующих заказов.
- Возможны  переговоры о статусе оператора маршрутов доставки нефти. Очень перспективное направление — концессия на строительство нефтяных/нефтепродуктовых терминалов в иракских портах с получением в дальнейшем прав управления. Коммерчески интересно также (возможно,  в рамках трехстороннего американо-российско-иракского предприятия) обеспечить постоянную доставку серьезных объемов иракской нефти в Индию с дальнейшей ее переработкой и реализацией нефтепродуктов на индийском рынке.
- Учитывая слабое развитие газовой промышленности Ирака, российские компании могли бы развернуть деятельность на этом направлении. Отдельная, но актуальная для российских производителей проблема — утилизация попутного газа. В Ираке можно не только развивать этот бизнес, но и получать технологии с прицелом на дальнейшее использование в России.
-   Есть и важные вопросы общего характера, выходящие за рамки иракской проблематики. Судя по многим признакам, пришло время  ставить вопрос о реформе глобальной системы ценообразования на нефтяном рынке. Добыча эталонных сортов (WTI, Brent)  сокращается, и привязка российской, а также  арабской нефти к этим сортам становится все более искусственной, искажая ценовые параметры рынка. Думается, что пора переходить к котировкам Dubai, Urals/Rebco,  возможно, Kirkuk.  Наконец, существует и обостряется  проблема валюты нефтяного контракта — падающего доллара. Все это заслуживает самого серьезного обсуждения в диалоговом режиме.
Резюмируя, отметим, что сотрудничество Америки и России по широкому кругу проблем урегулирования в Ираке — веление времени.  От стереотипов холодной войны давно нужно отказаться не только на словах, но и на деле. В связи со сменой в 2008 году и в США, и в России в результате президентских выборов высшего звена политического руководства хочется выразить надежду, что стратегические интересы обоих государств будут достигаться на основе развития между ними партнерских отношений, в  совместных действиях по решению наиболее острых проблем современного мира.

Оставьте Ваш комментарий о статье


Ваш комментарий


Аналитические записки

Сборник «Аналитические записки», приложение к журналу «Международная жизнь», предлагает читателю анализ ситуации в России и мире.

добавить на Яндекс



  наверх